«Ликуд» отличается от многих израильских партий тем, что его устройство не сводится к лидеру и парламентской фракции. Это массовая политическая организация. Ее члены участвуют в работе местных отделений, голосуют на праймериз и влияют на то, кто получит реальные шансы стать депутатом Кнессета.
Именно эта инфраструктура — одна из причин, по которым партия переживала поражения, расколы и уход известных политиков, но продолжала восстанавливаться.
Как работают праймериз
Перед выборами члены «Ликуда» голосуют за кандидатов в партийный список. Часть мест распределяется по общенациональному рейтингу, часть резервируется для представителей регионов или определенных групп. Председатель партии избирается отдельно.
Julia Mityukhina
Для обычного члена партии это означает возможность непосредственно участвовать в формировании политической команды.
Но у системы есть и обратная сторона. Депутаты вынуждены конкурировать не только с политиками других партий, но и друг с другом. Им важно поддерживать постоянный контакт с партийными отделениями и учитывать взгляды наиболее активной части членов «Ликуда».
Критики системы утверждают, что это усиливает влияние хорошо организованных внутрипартийных групп и иногда поощряет более жесткую риторику, чем та, которая могла бы быть рассчитана на всех избирателей страны.
Maya Milova
Есть ли внутри «Ликуда» разные лагеря
Официальных фракций в европейском понимании в партии нет, но политические различия заметны.
В «Ликуде» сосуществуют сторонники свободного рынка, национально-консервативное крыло, политики, близкие к поселенческому движению, светские правые и традиционалисты.
При длительном лидерстве Нетаниягу поверх прежних идеологических различий возникло еще одно: отношение к самому председателю.
Для одних лояльность лидеру стала условием сохранения партийного единства. Другие опасаются, что сильная персонализация затрудняет внутреннюю дискуссию и подготовку будущего руководства.
Maya Milova
Кто составляет электорат «Ликуда»?
Представление о «Ликуде» как о партии одной социальной группы плохо описывает его реальную поддержку.
За него голосуют жители крупных городов и городов развития, предприниматели и наемные работники, светские и религиозные избиратели, жители периферии и часть среднего класса.
Исторически особенно сильные позиции партия получила среди выходцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки и их потомков. Но сводить весь электорат «Ликуда» к мизрахим было бы упрощением.
Для одних сторонников решающей остается безопасность. Для других важны экономические взгляды, традиционная идентичность, неприятие левого лагеря или доверие к Нетаниягу.
Есть еще один фактор — историческая память. Победа 1977 года для многих избирателей символизировала не просто приход другой партии к власти, а признание общественных групп, которые чувствовали себя отстраненными от старой политической и культурной элиты.
Поэтому поддержка «Ликуда» в некоторых семьях передается между поколениями и не сводится к оценке одной избирательной программы.
А что с русскоязычными израильтянами?
Отношения партии с алией из бывшего СССР менялись. В 1990-е годы значительная часть новых репатриантов тяготела к правому лагерю — из-за жесткого подхода к безопасности, скепсиса к территориальным уступкам и одновременно довольно светского образа жизни.
Но «Ликуд» никогда не имел монополии на этот электорат. Сначала с ним конкурировали специальные репатриантские партии, а затем прежде всего НДИ.
Сегодня русскоязычные израильтяне политически неоднородны. Часть поддерживает «Ликуд» и Нетаниягу, другие выбирают НДИ, центристские или иные правые партии.
На решение влияют безопасность и экономика, но также вопросы личного статуса, отношения государства с религиозными партиями, интеграции репатриантов и внешней политики.
Maya Milova
Почему организация имеет значение
За пять десятилетий известные политики неоднократно покидали «Ликуд». Партия проигрывала выборы, переходила в оппозицию, теряла часть фракции и сталкивалась с попытками создать новую правую или центристскую альтернативу. Но партийная сеть оставалась.
Именно сочетание массового актива, праймериз, устойчивой исторической идентичности и очень широкого электората делает «Ликуд» значительно более устойчивым, чем партии, построенные вокруг одного электорального проекта.
Парадокс состоит в том, что современный политический образ «Ликуда» чрезвычайно тесно связан с Нетаниягу, тогда как его организационная сила как раз показывает: партия значительно больше одного политика. Будущая смена лидера покажет, какая из этих двух характеристик окажется сильнее.
На фото: агитационные плакаты «Ликуда», Холон, 23 февраля 2020 года (Roman_Yanushevsky / depositphotos.com)
Юлия Амитман, Ульпан.Политика